Луис Уильям Уэйн, английский художник, прославившийся на весь мир своими картинами, иллюстрациями к книгам и открыткам, где главными героями были кошки. Однако, для клинических психологов, больший интерес представляет диагноз шизофрения, который был ему поставлен в возрасте 57 лет, а также то, как менялось содержание его работ в процессе развития болезни. В посте мы попытаемся посмотреть на его историю жизни и динамику рисунков через призму факторов риска развития психического заболевания.

Несмотря на то, что говорить о конкретных причинах возникновении шизофрении некорректно, мы, тем, не менее, можно проследить через его биографию некоторые факторы риска, возможно создавших благоприятную почву для развития расстройства.
В качестве одного из таких факторов риска, можно смело назвать семейную ситуацию, в которой рос Уэйн. Он был единственным старшим братом пяти сестер, и на нем впоследствии после смерти отца (Уэйну было тогда 20 лет), была ответственность за их финансовое обеспечение.

Удивительно, но ни одна из сестер, по данным историков, так и не вышла замуж. Они прожили почти всю свою жизнь с матерью, а младшая сестера в возрасте 30 лет была признана сумасшедшей и помещена в психиатрическую клинику.

Мать Уэйна долгое время занималась оформлением церквей и созданием узоров для турецких ковров. Этот факт заслуживает особого внимания в контексте того, как дальше изменялось творчество самого Уэйна под влиянием его болезни. Уэйн чувствует в себе интерес к искусству и решает поступать в школу искуств в Западном Лондоне, в которой он некоторое время преподавал. Позже он становится свободным художником и рисут для некоторых журналов (в основном животных и сельские пейзажи).

Уэйн, женится в возрасте 23 лет на Эмили Ричардсон гувернатке его сестер, женщине, которая была старше его на 10 лет. Важно, что семья, Уэйна была категорически против его решения. Тем не менее, они всесте с женой уезжают жить на север Лондона.

Вместе они прожили три года, после чего у жены Уэйна находят рак, от которого она трагически умирает. Здесь ключевую роль играет котенок Питер (В честь Петра Ильича Чайковского), которого Уэйн подарил своей жене в день свадьбы, и которого обучил разным трюкам, чтобы как-то поднять настроение своей жене, в период ее болезни. Именно с него, вероятно, и началось патологическое сильное влечение Уэйна к изображению кошек.

Уэйн и сам признает, что именно котенок Питер, послужил основным толчком к началу изображения кошек, и что именно на котенке Пиетре он развил сови навыки их рисования. Можно много фантазировать над ролью и символичностью котенка Питера, оставшимся единственным живым напоминанием о его жене и над тем, какую роль это сыграло в развитии болезни Уэйна, однако факт, что именно котенок Питер, стал основой его творческих работ на всю оставшуюсю жизнь. Более того, любовь Уэйна к кошкам не ограничивается только их изображением, он начинает активно заботиться о них, вступает в различные клубы и общества по защите кошек, жертвует деньги в соотвтетсвующие фонды. Любовь и интерес к кошкам, фактически становятся центральным смыслом жизни Уэйна, вокруг которого и организуется вся его деятельность.

Интерес к рисованию кошек, со временем заместил собой остальные возможные мотивы рисования (раньше Уэйн охотно рисовал, собак и разнообразные сельские пейзажи). Кошки стали для него сильнейшим объектом эмоциональной привязанности и принесли ему некоторую известность и кое-какие финансовые средства (перенаправлявшиеся матери и сестрам). Со временем кошки стали уже ходить на четырех лапах, на них появилась одежда и они начали пародировать человеческую деятельность.

Кошки Уэйна по его заверению были двойственны, он не рисовал кошек, он рисовал людей в их образе. Ему характерно были наблюдать за поведением окружающих и перерисовывать их с натуры, наделяя кошачьими чертами, что вероятно и придавало его работам такую живость и акутуальность. То есть в основе изображения кошек, лежала их некоторая скрытая особенность – изоморфность человеческому образу.

Окружающие часто считали Уэйна достаточно необычной и даже странной личностью, ему было сложно отличать реальность от фантазии, вследствие чего его было просто обмануть и вследствие чего он легко попадал в финансовые авантюры. Ближе к концу жизни у Уэйна выявилось психичесоке расстройство, которое со временем начало прогрессировать. Его поведение сильно изменилось, дружелюбие сменили приступы агрессии и подозрительности. У Уэйна появляются бредовые идеи и галлюцинации. Все это привело к его госпитализации в Спрингфилдскую психиатрическую лечебницу, из которой он был впоследствие переведен в Бетлемскую королевскую больницу и далее в больницу Нэпсбери.

Болезнь прогрессировала, что непосредственно отразилось в творчестве Уэйна. Узоры видимо все больше и больше увлекали его сознание, в связи, с чем кошки все меньше и меньше походили на себя и все больше походили на странные бесмыссленые сочетания геометрических фигур. Человекоподобность присущая рисункам Вайна, сменилась холодной пестротой разнообразных геометрических фигур, а его риссунки начали сопровождать бредовые фразы.

Конец истории печален, Уэйну ставят диагноз шизофрения, последние дни своей жизни он проводит прикованным к постели, полностью потерявшим рассудок. Уэйн умирает в возрасте 79 лет от атеросклероза и отказа почек.

Из истории Луиса Уильяма Уэйна, мы можем увидеть, как зарождалась и формировалась патологическая потребность, как в его рисунков происходило увеличение специфических признаков, как происходило сужение интересов, однако все это носит скорее гипотетический характе и является лишь поводом для конструктивной дискуссии.

К сожалению, мы владеем далеко не всей интересующей нас информацией о Уейне. В частности мы точно не знаем, какие отношения были у него с матерью и отцом, насколько они были близки с женой, не знаем, точной хронологии его рисунков. Ниже представлены некоторые работы Уэйна с нашими краткими комментарии (рисунки расположены в произвольном порядке, согласно нарастанию специфичных признаков).

Альбом рисунков Луиса Уильяма Уэйна

Типичный рисунок Уэйна, где изображены его человекоподобные кошки, увлеченные общением и своими делами. Они активно взаимодействуют, друг с другом их образы легко читаемы, а фон логично вписывается в контекст.


Кошка как кошка, — образ животного хорошо передается художником, видно выражение морды животного, направление взгляда, чувствуется живость и динамичность образа. Фигура кошки хорошо отличима от фона рисунка – веток и листьев какого-то растения.


На рисунке появляются элементы вычурности, — листья, лепестки вокруг глаз, звездочки на заднем фоне. Рисунок становится более цветастым, насыщенным, отсутствует социальный контекст изображения.

Фон образа, уже слабо связан с содержанием рисунка (или рисунок слабо связан с содержанием фона). Дальше мы увидим, как фон и фигура стали сливаться друг с другом, пока вообще не стали единым геометрическим целом.


На рисунке обращает на себя внимание точно повторяющий контуры животного расходящийся узор, заменяющий собой фон рисунка. Кошка оказывается вырванной из контекста, что не характерно для работ Уэйна, обычно уделяющего внимание обстановке. Кроме того, мы видим, что схематизировалось и изображение самой кошки, — фактически через весь рисунок лейтмотивом проходит идея геометрических ломаных линий.


Еще одна вычурная кошка. Самым осмысленным элементом кажется морда животного, в особенности глаза. Туловище состоит из замысловатых разноцветных узоров и уже плохо идентифицируется с образом кошки. Тем не менее, по выражению морды кошки еще возможно понять ее эмоцию.


От кошки остался только контур, все остальное съедено вычурными геометрическими узорами на оранжевом фоне.


Образ кошки еще читается, но уже почти полностью растворился в вычурных разноцветных узорах. Единственное, что можно еще однозначно проинтерпретировать, — так это глаза кошки, которые, по сути, являются двумя треугольниками.


У рисунка уже нет фона, предполагаемая кошка представлена через сочетание замысловатых узоров, расходящихся от глаз-кругляшков. Цветастость и геометрия изображаемого образа уже практически неотличима от турецких ковров, узоры для которых рисовала мать Уэйна.


По рисунку уже невозможно определить изображаемую кошку. Замысел художника распался на ряд вычурных, повторяющихся геометрических фигур заполняющих почти все пространство листа. На рисунке нет пустового места, фигуру практически невозможно отличить от фона.


Безусловно, настоящий художник глубоко переживает и понимает рисуемую им тематику. Чаще всего в основе этого лежит его личная жизненная драма, сильное травмирующее событие. Однако, те трансформации личности, которые наглядно отражаются в рисунках Уэйна, говорят нам скорее о патологических изменениях его личности, чем о творческом развитии. Метафорически можно сказать, что живые кошачьи образы Уэйна, увлекающие своей человекоподностью, заместились замысловатыми цветастыми узорами турецких ковров.